Ошоров Андрей Васильевич – доктор медицинских наук, врач анестезиолог-реаниматолог, профессор кафедры нейрохирургии и нейронаук, НМИЦ нейрохирургии им. акад. Н.Н. Бурденко; доцент кафедры нейрохирургии, РМАНПО.
ул. 4-я Тверская-Ямская, 16, Москва125047; ул. Баррикадная, 2/1, стр. 1, г. Москва, 125993
Andrey V. Oshorov – Dr. Sci. (Med.), Anesthesiologist and Intensive Care Physician, Professor at the Department of Neurosurgery and Neurosciences, National Medical Research Center for Neurosurgery named after Academician N.N. Burdenko; Associate Professor at the Department of Neurosurgery, Russian Medical Academy of Continuous Professional Education.
4ya Tverskaya-Yamskaya str., 16, Moscow, 125047; Barrikadnaya str., 2/1, building 1, Moscow, 125993
Введение. Тяжелая черепно-мозговая травма (ЧМТ) остается одной из ведущих причин летальности и инвалидизации, особенно в условиях ограниченных ресурсов, где инвазивный мониторинг внутричерепного давления (ВЧД) недоступен. Международные рекомендации Brain Trauma Foundation требуют наличия специализированного оборудования, что создает значительный разрыв между доказательной медициной и реальной клинической практикой в учреждениях с низкой ресурсной обеспеченностью.
Цель исследования. Представить и проанализировать международный консенсусный протокол CREVICE (Consensus REVised ICE (Imaging and Clinical Examination)) – модифицированную систему ведения пациентов с тяжелой ЧМТ, предназначенную для использования при отсутствии мониторинга ВЧД, и оценить ее потенциальную применимость в российских лечебно-профилактических учреждениях.
Основные положения. Протокол CREVICE является логическим развитием ICE-протокола, прошедшего валидацию в рамках рандомизированного исследования BEST:TRIP. В основе протокола лежит использование компьютерной томографии (модифицированная классификация Marshall) и клинико-неврологических критериев (моторный ответ по шкале комы Глазго, реакция зрачков) в качестве суррогатных маркеров внутричерепной гипертензии. Протокол включает четкие критерии начала лечения предполагаемой внутричерепной гипертензии, иерархию эскалационной терапии с дозированием гиперосмолярных средств, алгоритм действий при неврологическом ухудшении, а также детально проработанную систему деэскалации лечения с использованием визуальных матриц принятия решений. Отдельно оговариваются противопоказанные методы терапии (кортикостероиды, длительная гипервентиляция, непрерывная инфузия маннитола).
Заключение. Протокол CREVICE представляет собой практический инструмент, позволяющий применять современные принципы нейроинтенсивной терапии в условиях отсутствия инвазивного нейромониторинга. Его внедрение в клиническую практику может способствовать стандартизации лечения, снижению летальности и улучшению функциональных исходов у пострадавших с тяжелой ЧМТ. Для российских лечебно-профилактических учреждений структура CREVICE может служить ориентиром при разработке и модернизации локальных клинических протоколов.
Background. Severe traumatic brain injury (TBI) remains one of the leading causes of mortality and disability, particularly in resource-limited settings where invasive intracranial pressure (ICP) monitoring is unavailable. The international Brain Trauma Foundation guidelines require specialized equipment, creating a substantial gap between evidence-based medicine and actual clinical practice in low-resource institutions.
The aim. To present and analyze the international consensus protocol CREVICE (Consensus REVised ICE (Imaging and Clinical Examination)) – a modified management system for patients with severe TBI designed for use in the absence of ICP monitoring – and to evaluate its potential applicability in Russian healthcare facilities.
Main provisions. The CREVICE protocol is a logical development of the ICE protocol, which was validated in the randomized BEST:TRIP trial. The protocol is based on the use of computed tomography (modified Marshall classification) and clinical-neurological criteria (motor response on the Glasgow Coma Scale, pupillary response) as surrogate markers of intracranial hypertension. The protocol includes clear criteria for initiating treatment of suspected intracranial hypertension, a hierarchical escalation therapy with dosing of hyperosmolar agents, an algorithm for managing neurological deterioration, and a detailed de-escalation system using visual decision-making matrices. Contraindicated therapeutic modalities (corticosteroids, prolonged hyperventilation, continuous mannitol infusion) are specifically addressed.
Conclusion. The CREVICE protocol is a practical tool that enables the application of modern neurocritical care principles in the absence of invasive neuromonitoring. Its implementation into clinical practice may contribute to treatment standardization, reduced mortality, and improved functional outcomes in patients with severe TBI. For Russian healthcare facilities, the CREVICE framework can serve as a reference for the development and modernization of local clinical protocols.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.